|
Голубой Маврикий
В 1847 году на острове Святого Маврикия вышли две небольшие марки, получившие у филателистов в связи с их цветом собственные названия «Голубой Маврикий» и «Красный Маврикий» (такой чести удостаиваются далеко не все даже редкие и известные марки). Они-то и стали самыми дорогостоящими в мировой филателии.
А история их такова.
Как-то раз одна французская вдовушка, разбиравшая бумаги, оставшиеся после смерти супруга-торговца, обнаружила письма с далекого острова Маврикия (принадлежавшего тогда Франции и именовавшегося Иль де Франс). Мадам Боршар (так звали вдовушку), чтобы утешиться после смерти мужа, собирала марки. Теперь ее взгляд привлекли неизвестные марки, наклеенные на коммерческую переписку мужа, выписывавшего для своего магазина в Бордо маврикийский ром.
Об открытии неизвестных марок узнал Жан-Батист Моэнс, известный в середине XIX века бельгийский коллекционер и торговец марками, а также издатель одного из первых в мире каталога марок всех стран, как горделиво значилось на его изданиях. (Сегодня этот каталог – библиографическая редкость. Именно благодаря ему в Европе впервые узнали о русских земских марках.) Моэнс слышал о марках с Маврикия, но сам никогда в руках не держал. Недолго думая, бельгиец выкупил у мадам Боршар одну из ее находок и начал исследование.
Оказалось, что осенью 1847 года во время подготовки к ежегодному балу генерал-губернатор острова Святого Маврикия сэр Роберт Гомм заказал собственные марки для рассылки бальных приглашений. Так, как это делают знатные дома в Лондоне. Местный часовщик и самодеятельный гравер Джозеф Бернард в кратчайший срок подготовил две печатные пластины с выгравированными на них однопенсовой и двупенсовой марками, изображавшими профиль царствующей королевы Виктории. Гравер блестяще справился с порученным ему заданием, за исключением одного обстоятельства. По дороге домой от губернатора он завернул в кабачок, после чего напрочь позабыл, какая же надпись помимо названия острова должна быть воспроизведена на марке. Проходя мимо почтовой конторы и взглянув наверх, он, к своей радости, прочитал Post office, то есть «Почтовая служба». А написать следовало Post paid – «Почтовый сбор оплачен». Когда эту ошибку обнаружил губернатор, времени до торжественного бала было уже в обрез и ничего другого не оставалось, как заказать по пятьсот «неправильных» марок голубого и красного цвета. После чего клише заменили на исправленное. Бальные конверты, конечно же, в своем большинстве не сохранились, а считанные оставшиеся марки были распроданы вместе с новыми.
Ограниченный тираж, отдаленность острова от континентальной Европы, где бурно развивалась филателия, и мизерное количество сохранившихся марок сделали свое дело. Через несколько лет после публикации обнаруженных Моэнсом марок коллекционеры стали наперебой предлагать огромные суммы, надеясь приобрести заветный «Голубой Маврикий» или «Красный Маврикий». Сделать это было непросто: на сегодняшний день во всем мире известно всего-навсего двадцать три экземпляра этих марок. Так что даже английский король Георг V, унаследовавший трон после краткого правления сына королевы Виктории Эдуарда VIII, будучи страстным филателистом, длительное время никак не мог приобрести вожделенную «голубую мечту».
Помог случай. Монарх-филателист прослышал, что на аукционе в Брюсселе будет выставлен «Голубой Маврикий». И цена-то вполне приемлемая: каких-то несколько тысяч фунтов (около 200 тыс. долл. сегодня). Как-то утром придворные не на шутку всполошились – король пропал. И обнаружился только через двое суток, довольный и счастливый. Оказалось, что он самолично инкогнито ездил на брюссельский аукцион, чтобы приобрести «Маврикий», объяснив свой поступок так: «Если бы кто-нибудь поехал туда от моего имени, то трудно даже представить, во сколько казне обошлась бы эта покупка». С тех пор практически на всех всемирных филателистических выставках «Голубой Маврикий» из королевской коллекции демонстрируется под пуленепробиваемым стеклом, собирая многочасовые очереди желающих подивиться на самую знаменитую марку мира.
|
